Первый спуск с пика Талгар, 4978м. Июнь, 2016г.

Вступление

We are all born to die—the difference is the intensity with which we choose to live.

Еще в середине позапрошлого века великий путешественник Семёнов-Тян-Шанский странствуя в наших краях отметил грандиозную красоту пика Талгар 4978м, высшей точки хребта Заилийский Алатау.

Во все время перегона от Илийского до Алма-Атинского пикета мы видели перед собой колоссальный Заилийский Алатау. Хребет этот простирается от востока к западу более чем на 200 верст, поднимаясь в своей середине до исполинской высоты.
По самой середине его возвышается трехглавая гора, имеющая более 4 тысяч метров абсолютной высоты. На самой вершине этой горы снег не держится на темных, крутых обрывах, но на соседних вершинах снега очень много, по крайней мере так, что на стоверстном протяжении середина высокого гребня кажется покрытой сплошь вечным снегом, и только в шестидесяти верстах на восток и запад от главной вершины (Талгардын Тал-Шокысы) гребень Заилийского Алатау понижается ниже снеговой линии”, — писал он.

Гора имеет большую историю восхождений, ведь несмотря на удаленность и труднодоступность, в верховьях ущелья Средний Талгар функционировал одноименный альплагерь. Но 1979 году в дело вмешалась стихия и внезапно мощным селевым потоком уничтожила львиную долю построек. Район одичал, появился заповедник, тропы заросли и только отдельные группы в Августе-Сентябре раз в году пробуют свои силы на склонах этих высоких гор.

На одной из полян в 1935 году был заложен первый в Заилийском Алатау, в Центральной и Средней Азии альпинистский лагерь «Цветмет». Этот лагерь стал центром развития альпинизма на востоке страны. В эти же годы были покорены все значимые вершины этого и соседних ущелий.

В это же время альпинистами в одном из небольших ущелий –  Солнечное – рядом с лагерем, высоко на склоне водораздельного хребта (3400 м)  были обнаружены залежи минерала молибденит. Из руды добывался металл молибден, использующийся в стальных сплавах для получения броневых листов. В годы войны на территории альпинистского лагеря разместился лагерь системы ГУЛаг. Сразу же началась добыча молибденита для нужд фронта, были построены маленькая гидростанция и обогатительный участок. Руду добывали старательским способом, без применения механизмов, затем заключенные на себе спускали руду в лагерь, где производилось обогащение, и концентрат на лошадях спускался в долину. После войны лагерь снова стал альпинистским, но уже под названием «Талгар»,  и просуществовал до 1979 года, когда был уничтожен селевым потоком, сошедшим с ледника Озерный.

По сравнению с компактным, домашним урочищем Туюк-су, массив пика Талгар огромен. Самих вершин у горы три – северная, южная и самая высокий – центральный пик. В дополнении к этому есть отдельно стоящая вершина Юго-западный Талгар, отделенная от основного массива перевалом Талгарский Провал, одним из самых сложных в наших горах. Классический и самый легкий путь на вершину Центрального Талгара это 2Б с южной стороны горы, но он же и самый долгий, так как нужно еще добраться до ледника Корженевского через перевал Суровый с запада или через перевал Кокбулак с востока, а затем подойти под маршрут на леднике Горина.

А вот самыми логичные, красивые и сложные маршруты (от 3Б до 6А) проходят по западной стене Талгара, которая является визитной карточкой наших гор и видна практически отовсюду.  При одном взгляде на нее понятно, что эта гора намного выше и сложнее остальных вершин Заилийского Алатау. Порой кажется, что до нее подать рукой, но даже самый близкий путь по ущелью Средний Талгар требует пять и более дней на все про все.

Мой путь в большой альпинизм так и начался с желания побывать на высшей точке наших красивых гор, но из года в год постоянные форс мажоры, проблемы с поиском команды и тому подобные альпинистские заморочки не позволяли приблизится к мечте. И только во время сборов нашей команды ЦСКА в 2010 году после восхождения на пик Караульчитау по маршруту 5А категории трудности с Борисом Дедешко и Вадимом Трофимовым, карты легли так, что мы на следующий день в двойке с Деном Урубко отправились под западную стену лезть новую пятерку на Центральный Талгар.

Ден, как автор маршрута настаивает на 4Б, но поверьте, это будет самая сложная ледовая четверка в вашей жизни, длиннее стены Орджоникидзе и маршрута Лоу на Свободную Корею.

Мы лезли 22 веревки по ледяному кулуару, под 65-70 градусов и ближе к вершине становилось все круче и круче. Несколько раз мимо нас пролетали нехилые валуны. Мы молча смотрели друг на друга, понимая всю хрупкость нашего бытия и со спортивной злостью продолжали работать на маршруте дальше.

У нас был один рюкзак на двоих — такой своеобразный Fast and Light и Ден не положил даже воды, злившись на то, что я взял свой «тяжелый» зеркальный фотоаппарат.

В течении 14 часов работы на маршруте приходилось присасываться к снегу, чтобы ухватить хоть каплю влаги, и после колоссальных усилий в 17.00 часов мы стояли на вершине! Вокруг белая мгла с минутными просветами.  Ден когда-то ходил по классике и знал путь вниз, и мы по колено в свежем снегу бежали, бежали вниз чтобы успеть спуститься засветло. Идя по следам Дена вторым, я проваливался еще глубже, а еще не до конца зажившая после операции на связках нога, застревала в снегу и болела, но я работал как мог. Учитывая нашу скорость, мы потеряли минут десять, но на таком уровне восхождений каждый миг важен:

— «Мы были на Аннапурне – ты умер!» – уже внизу констатировал факт Ден.

— «О, Виталик, смотри, лавина! Кто это там в ней? Не наши ли?»

— «Да вроде нет, Ден!»

Наши ребята из ЦСКА несколько дней шли под южные склоны Талгара и разбили лагерь под классическим маршрутом.

— «Может к ним в палатку? Переночуем?»

— «Нет! Нам надо вниз на 2800 в базу.»

— «Темнеет, а еще с Сурового спускаться» — ответил Ден.

Друзья конечно заметили нас и очень удивились, но мы, даже не попив чая, и доложив о печальном состоянии снега на маршруте, бежали сломя голову дальше вниз. Жаль, но для друзей восхождение закончилось так и не начавшись. Увы… – это суровая реальность гор и доля везения здесь необходима.

На перевале Суровом, 2Б, я почувствовал свой предел, ноги уже еле волочились, ведь мы поочередно протропили по свежему снегу ледник Корженевского, чудом не провалившись ни в какие трещины.

— «Ден, есть что-нибудь?»

— «Держи аскорбинку! О, вот еще осталась конфета!»

Пятиминутный перекур (первый за весь день). Я слопал лимонную конфету и силы чудом вернулись ко мне. В сумерках мы все-таки успели быстро лазаньем свалить с перевала, а вот потом был путь в темноте среди бесконечных морен вниз по ущелью до нашей базы.

24 часа нон-стопа, 20км пути, 2500м вертикально набора. Это было самое физически и морально трудоемкое, из того что мне приходилось пережить в горах.

В целом опыт был получен и для первого восхождения на эту вершину ничего лучше было и не придумать. Годы шли, но мыслей вернуться в район не было. К сожалению, Дена выжили из страны, ребята с кем ходил разбежались своими дорогами, а я больше стал уделять времени фрирайду и ски-альпинизму, съехав вместе с друзьями почти со всех больших пиков близ родного города Алматы. Многие сомневались, что такое возможно, но мы в хорошем стиле проехали первыми многие сложные линии, в том числе и на пик Комсомол (Нурсултан). Все эти бесчисленные спуски были чистым творчеством, без всех этих условностей, политики и ограничений присущих альпинизму на постсоветском пространстве.

Оставался пик Талгар — красивый, далекий, сложный, неприступный.

Спуск на лыжах — это уже другая история. Еще в 90-ых А. Колокольников во время хэли-ски программы на спор съехал по южным склонам на лыжах. Один без клиентов, при этом чуть не погибнув.

Очень важно отметить, что такой спуск категорически не может считаться первым, так как гора требует чистого подхода. Восхождение, спуск и возвращение в базу. Без одного не бывает и другого, ведь такова этика гор и таков уж наш спорт красивый и сложный.

Тем временем, гора, все ждала и манила своим величием. Я знал, что когда-нибудь съеду по Западной стене, но для такой экспедиции нужна очень сильная команда, нужно аккумулировать все свои умения и задействовать их в правильное время в правильный момент.

Brody Leven & Robin Hill

Броди — классный чувак. Я наткнулся на просторах интернетов, на его потрясающие видео о Южной Америке. Всем советую посмотреть!

А фильм Solomon о солнечном затмении – шедевр, тут и добавить нечего.

Его жизненная позиция и стиль катания мне всегда нравились, и какой-то внутренний голос подсказывал мне, что мало-ли, мир тесен, еще где-нибудь да катнем вместе.

Так собственно и произошло. Он и его напарник Робин по наводке моего американского друга Джона Джея собирались приехать к нам в горы, чтобы совершить эпичные спуски с Талгара и Хан-Тенгри.

Мы списались, сразу найдя общий язык. Я ответил на многочисленные вопросы о нашем диком и не очень крае, о снеге, о лавинах, о многом другом. Вплоть до того «а есть ли какие-то антиамериканские настроения в Казахстане» и «Как тут относятся к вегетарианцам». Мне очень понравился профессиональный подход ребят к делу, а вот по поводу Хан-Тенгри пришлось конечно поспорить, ибо Центральный Тянь-Шань втроем в Июне – это суицид. У нас бы просто не хватило времени, сил и обеспечения, и мы решили сконцентрироваться на Талгаре. Вначале Броди думал о гиде, но я сразу отказался, ведь я спортсмен и хотел быть полноценным членом команды наравне с прорайдерами. Броди конечно был в раздумьях. Естественно, будь я на их месте, я бы тоже, отнесся с опаской к подобной идее спусков в больших горах с неизвестным человеком, неизвестно откуда из печально неизвестной страны Казахстан. И, несмотря на хорошую репутацию и большое количество спусков, все равно такой подход – большой риск и горы ошибок не прощают.

Порешали на том, что предварительные спуски в Туюк-су как раз были бы обкаткой нашей команды, было бы понятно ладим ли мы, тяну ли я и.т.п. В любом случае я обещал помочь как гид и организатор чем смогу, как бы не сложились наши отношения и обстоятельства. Умолчу какой колоссальный объем работ по переписке, планированию, логистике был проделан мной начиная с осени.

Кстати, за пару недель до приезда ребят я в роли гида сделал кучу спусков в наших горах с европейскими гостями, где вишенкой на торте была экспедиция в удаленный район Ак-Шийрак со спуском с пика СНК, 4946м.

26 Мая

Приведу пару строк из рассказа Робина:

Мы хотели заплатить Рейджу, чтобы скоординировать нашу логистику, но он отказался от денег и предложил сделать все бесплатно, если сможет присоединиться к нашему приключению. На меньшее мы и не решались. Катание c гигантских вершин Казахстана с вашим лучшим другом — конечно неплохо, а вот проехать полмира и рисковать с «wild-card» райдером, чей никнейм -«ярость», казалось ужасной идеей. Какого черта, дадим ему шанс!

После пары минут ожидания в утреннюю жару снаружи нашего хостела в Алматы, человек с белыми солнцезащитными очками, в шортах и агрессивным лыжным загаром, вкатил из-за угла на горном велосипеде. «Броди Левен!» – улыбнувшись провозгласил Рейдж!

После быстрого обмена приветствиями и лыжными историями, Рейдж вызвал для нас такси. Таксист приехал к нам, явно в состоянии алкогольного опьянения. Далее Рейдж и таксист обменивались угрожающими словами на русском языке в течение нескольких минут. Наконец, он толкнул водилу в грудь обратно к его машине. «Я вижу, как он получил свое прозвище», — прошептал я Броди.

События начали развиваться с присущим Казахстану хаосом. Ночью после прилета ребята не нашли хостел, в котором я планировал их заселение и им пришлось быстро через таксиста искать себе апартаменты. Утром я приехал к ним и все было круто, до того момента пока укуренный таксист не отказался везти весь их стафф. Все мои доводы, что они приехали на таком же Hyundai из аэропорта и в багажник все влезает, оказались для упоротого тщетны и почти не дошло до драки. Я еле сдержался, не став его бить (хотя возможно и стоило приложиться пару раз по его мерзкой морде), чтобы не портить вот так вот первое впечатление о себе.

Тем не менее, мы вызвали другое такси, успешно заселились в другой хостел, и вечером заказав пиццу уже сидели у меня дома, травили друг другу истории и планировали наше приключение. В какой-то момент я отвлекся от видео и горных карт, обернулся к ребятам, и увидел, что они ушли в сон — сказывались трудности перелета из другого полушария. Jet lag одним словом.

27 Мая

Все стандартно. Мы вместе с Игорем и Аней на двух машинах сгоняли за необходимыми продуктами, загрузились снаряжением и где-то ближе к вечеру приехали на Медео. Подъем на эко-такси до конца асфальта и дальше неспешный трек вверх по дороге до станции Т1 на 3500м в урочище Туюк-су.

Не вижу смысла детально описывать пятикилометровый переход на «тэшку», но отмечу, что выше плотины Мынжылки 3000м, где мы продолжили подъем уже на лыжах, было невиданное мной ранее количество снега. Вначале возле ручья это не было так заметно, но дальше после поворота налево дорога просто исчезла под снегом, количество которого просто сгладило все неровности рельефа. Впервые пришлось брать немного вправо вверх, на морены «Зеленого кара», чтобы найти безопасный проход. Было не страшно, но неприятно уж точно. Все эти нюансы и пробивание тропы немного нас замедлили, но все же мы быстро дошли до финишной точки.

Во время перехода, постепенно открывались красивые виды на Орджоникидзе, Иглы Туюксу, и Аня, которая присоединилась к нам на все эти дни в качестве оператора засняла отличные кадры, за которые ей отдельное большое спасибо!

28 Мая

Утром мы выдвинулись в сторону ледника Туюк-су и дальше через одноименный перевал вылезли на «Плечо Туюк-су», 4150м. Вылезли очень слаженно и четко, все спортсмены, прорайдеры и не возникало никаких сомнений, что мы будем ходить быстрее, чем обычно. Кругом следы коммерческих групп Сноу-Сенс и других ребят. Где ехать? Решили двигаться правее от пика в сторону главной вершины и ехать прямо по центру оледенения, намного правее классики. Когда-то давно — то ли в 2005 то ли в 2006 лысом году ее ездили BC team — Маста, Олег Королев и Дав. Немного затянуло и мы, дождавшись «окна» дропнули вниз, по очереди. Не помню кто первый, да это и не важно. Был небольшой ориентир – чужие следы, но места было валом и удалось чисто и фаново проехать через сераки и трещины и дальше вниз на пологий ледник. Из-за облачности Анины съемки c дрона не получились, да и спуск, я бы не сказал, что сильно впечатлил. Обычный рабочий склон, но без перчинки, без изюминки. Благополучно спустились на базу. Chill out.

29 Мая

Хорошая погода, ранний выход. Все как обычно. Поскитурили от базы на Молодежный, 4128м. Так и залезли, не снимая лыж! Спасибо предыдущей группе за тропу. Ошибочно называть весь процесс «скитуром», как это сейчас бывает модно. Видимо тренд начали далекие от катания и восхождений люди. Мы занимаемся фрирайдом в больших горах, а как там вначале — идешь ли ты на лыжах, лезешь ли в кошках, в скальниках, с простой доской или со сплитбордом поднимаешься вверх — не имеет значения. «Ау, сноубордисты, вы тоже скитуром занимаетесь?» Главное, ребятки – это спуск!

Я сам предпочитаю термин ски-альпинизм (ski-mountaineering), но как быть с Робином? Ведь он отличный бордер на сплите. Да и сам термин, узурпировали всякие бегуны в костюмах в обтяжку, львиная доля которых хороших спусков и не делала вовсе. Что-то я отвлекся, но во время подъема частенько возникают такие философские мысли. «Кто мы?», «Зачем идем вверх?», «Зачем катим и рискуем?»

Так и залезли на вершину. В который раз я там? 11? 12? Готовимся.

Погода пока не подвела, но со стороны Большого Алматинского ущелья тянет что-то черное. Быстро обкатываем восточный гребень. Аня снимает снизу с ледника. Дрон, Dji Phantom, на максимальной для него высоте — 500м.

И тут… Запомните! Это – горы! События случаются очень быстро. Пока мы фрирайдили на гребне, к слову говоря, очень фановом и крутом, облако прилетело снизу и накрыло всю гору. И это было грозовое облако. Нас немедленно начало «ебашить» электричеством. «Ебашить» достаточно серьезно и неприятно. Подобного я давненько не испытывал. Все развивалось достаточно быстро, буквально на грани паники, но без нее. Мы быстро перешли в режим выживания и процессоры заработали с утроенной мощностью, стараясь как можно быстрее построить правильный алгоритм действий.

«Валим, валим отсюда, черт! Черт! Fuck! Fuck!» — закричал Броди.

Мы моментально решили нырнуть в ближайший кулуар от так называемых «Заячьих ушей», характерного жандарма на гребне.

«Ты знаешь? Тут есть выкат?» — спросил Робин.

«Да вроде ок?» — прокрутив в голове виртуальную карту, сказал я.

Разряды прекратились, и нас ждал среднего уклона кулуар, жесткий, весь в каких-то «окатышах». А вот полутораметровая каменная ступень посередине оказалась сюрпризом. Не знаю, как ребята, но я особо не парился, да и все мы преодолели ее достаточно бодро.

Такой маленький “Corbet’s couloir”, отметил я.

Внизу нас ждала Аня, которую тоже немного задело грозовыми разрядами, ведь она отважно управляла дроном, стараясь все интересно заснять.

В итоге, удался интересный спуск, и мы благополучно вернулись на базу, на теплую уютную «тэшку».

30 Мая

Леха на базе сказал, что Алекс из Сноусенс не пошел со своими на пик Орджоникидзе, 4410м, в кулуар.

Вот и славно, подумал я, ведь и так, imho, им за все эти сезоны очень фартило и свои 9 жизней они уже израсходовали. Чего стоил полет Пузана с «ножа» на Молодежке, различные падения поменьше, отрывы лавин и ушедший под Алексом карниз при подъеме на пик Погребецкого. И это без учета того, что за осталось кадром. Можно констатировать факт, что сложные спуски в наших горах не для коммерческих групп, опасные, требующие максимальной подготовки и точно не для обучения. Если вас кто-либо тянет на линию, которая в гайдбуке отмечена как D, то надо быть уверенным на 100%  в своих силах и на 1000% в гиде и его квалификации. Если у гида, тем более не местного, нет видео и пруфов где он хорошо ездит и нет портфолио соответствующих спусков, то задумайтесь нужен ли вам такой риск? Корочка и прочие регалии тут не играют никакой роли, как и не решает количество подписчиков в Фейсбуках и Инстаграмах. Горам на это плевать.

Вы скажите, мол самого фигачили молнии днем ранее, но я вам отвечу, что есть риски «субъективные» и «объективные». Почитайте и поймите разницу, кто не знает.

Так или иначе, нам нужно было сделать что-то из разряда steeps. Если нет, то чего ожидать на пике Талгар, который в разы сложнее?

Днем ранее выпало немного снега, температуры опустились и нас с Броди и Робином ожидал достаточно серьезный спуск. Один из самых сложных в районе ледника Туюк-су. Западный кулуар Орджоникидзе, 4410м. Вроде как неописанная альпинистская ледовая 3а. Почему так? Да потому, что в наших горах такие маршруты не ходят. Такие кулуары актуальны только зимой и только в холодную погоду.

Нужен трезвый, четкий расчёт, ведь все что прилетит вниз – все твое. Возможно из-за этого Алекс и не пошел. Возможно из-за другого. Но мы взвесили все за и против и решили пробовать.

Летопись восхождений гласит, что поднимались по нему единицы, заплутавшие иногда спускались, вот кстати, почитайте пожалуйста «Крутой Лед» Урубко, настоятельно советую, чтобы понимать весь драматизм темы.

Была одна попытка спуска на лыжах и досках швейцарской группы в апреле 2012г, но не полная и с дюльфером (-ами?).

В общем мы вышли утром еще раньше чем обычно, быстро докамусили до начала кулуара, и нас ожидали 700м маршрута. Тонкая белая линия уходила куда-то в небо, разделяя огромные скальные башни.  Оказалось, что лежало около 30см свежего зимнего снега и мы начали работать, тропить наш путь вверх. Попеременно, экономя силы и энергию, мы командно на одном дыхании выгребли до середины и дальше полезли уже в правую ветвь кулуара. Ограничиваться им мы не стали и отработали даже дальше по плитам и сужениям в сторону вершины до логического начала линии. Фактически 2 метра от предвершинного гребня, классика 3А. До вершины было рукой подать, около 50 метров по плитам и сыпухам. На все про все ушло 4 часа, что для такой горы как Орджо очень крутое время. Особого смысла лезть выше не было, ведь нам была важна безопасность и лишнее время на прогулки тратить не хотелось. В любом случае учитывая расстояния, перепады и рельеф, можно считать этот маршрут полноценным спуском с вершины, а лезть ли 50м дальше по гребню или нет, на усмотрение вашей команды.

Мы как-то компактно приютились в начале спуска, ведь было очень узко и одевать снаряжение было достаточно проблематично. Броди как самый опытный стартанул первый, показав отличное мастерство steep skiing. Следом Робин, а потом и я. С таким уклоном не часто встречаешься. Наверху чистые 55 градусов в узком-узком месте. Ошибок линия не простит.

Обработав рельеф дальше мы так и ехали, менялись поочередно. Все захватили свежего снега и кайфанули. Слишком агрессивно и сильно ехать не стоило, ведь образовывались sluffs и все могло закончится совсем иначе. Местами снега было меньше и чувствовался ледок. Ребята уделяли много внимания съемкам, останавливались. Я старался отточить технику и ехать технично и четко.

В итоге все хорошо. Улыбки, поздравления. Никаких камней и лавин. По категориям можно сказать, что это D+ и будь жестче, то даже TD. Но традиции ущелья таковы, что категории маршрутов принято немого занижать, ибо перепад альпинистских линий не такой большой как на Кавказе и в Альпах.

Резюмируя, эти три интенсивных дня показали, что мы можем работать вместе, работать надежно и без курьезов на сложном рельефе, несмотря на культурные и языковые барьеры. Казахстанец и Американцы, бок о бок!

Кстати, вся эта снежная ситуация на спуске вниз с «тэшки» к Мынжылкам конкретно нас запутала. Набежал туман, рельеф не читался, было легко угодить в ненужный нам кулуар, и мы с трудом нашли какой-то старый еле-читаемый след. Пытались ориентироваться по записанному ранее Броди gps-треку на девайсе InReach. Такая жесть на спуске с «тэшки» была у меня впервые.

Экспедиция на пик Талгар

2 Июня

Отъевшись за те два дня грузинской кухни и отпившись вина, настало время начать экспедицию к главной цели – пику Талгар. Более серьезные приготовления. Полная ревизия снаряжения. Проверки всего. Я, как ответственный за восхождение, вел списки, ведь любой косяк был бы на мне. Было решено нанять портеров, в роли которых выступили мои друзья Тимоха и Костян.

Я всю жизнь ходил спортивно, сам таская все свое снаряжение, и мне поначалу было немного непривычно привлекать других людей за помощью. Но тут была особая ситуация, ведь любой прорайдер должен снимать и делать материал, отчитываясь перед спонсорами. У нас было много фото и видеотехники — несколько фотоаппаратов, зарядки, солнечная панель, штативы и прочие девайсы.

Я, в довесок к личному снаряжению, нес свою полноформатную камеру, дополнительный объектив и карбоновый штатив. И, несмотря на все, это весило дополнительных три килограмма, а это очень много. В принципе, я бы с легкостью заменил это все палаткой, газом и чем-нибудь еще, но с другой стороны к черту все принципы и материал был важнее. Ребята хорошо зарабатывали, сходили бы в трек, где никогда не были, мне было веселее, компания больше и безопасность была выше. Конечно, в случае срыва и смерти, тело бы никто не потащил даже вчетвером, но при мелких травмах такой компанией идти всяко надежнее.

Тащили все честно, без всякой халявы. Перечислю свое личное снаряжение: лыжи, ботинки, скины, спальник, ледоруб, кошки, обвязка, карабины, фотоаппарат, видеокамера, объектив, штатив, аптека, вся личная еда на 8 дней, фонарик, одежда, каска, маска, и.т.п. по мелочам.

Вышло около 30 кило, а у остальных так же — плюс-минус 5кг.

Мы начали наш путь где-то ближе к обеду снизу от начала горнолыжной базы Чимбулак с 2270м. Кстати, это последний раз где мы видели людей и дальше на протяжении всей экспедиции мы не встретили ни одной живой души. Даже зверей не видели. Канатки не работали, и мы не спеша потопали вверх на Талгарский перевал на 3200м. Шлось весьма неплохо, погода радовала, появились первые весенние цветы, пахло свежестью и свободой. Чувствовалось начало, начало чего-то особого. Это такое чувство, непохожее ни на что, и меня поймут люди, кто часто участвуют вот в таких спортивных экспедициях.

На перевале лежал снег и на подходах пришлось немного обойти его сбоку, что немного забрало у нас драгоценное время. По любому все началось просто замечательно. Кто-то медленнее, кто-то быстрее — мы немного растянулись и начали наш спуск в грандиозное ущелье Левый Талгар. Вдали виднелась наша цель – пик Талгар, и мозг все хотел надурить с оценкой расстояния до него. Казалось, вот ведь он тут рядом, но не тут-то было, и нас еще ожидал многодневный переход через три ущелья.

Спуск к реке на высоту 2230м – это еще 1км вертикального сброса вниз. Я ходил по этим тропам где-то 8 лет назад и немного подзабыл весь масштаб происходящего. Той зимой какой-то иностранный сноубордист совершил свой, как оказалось, роковой спуск с базы в ущелье, уехал ни туда, замерз. Спускаясь вниз, я четко понял, что шансов на крутых лесных склонах при таком перепаде у него попросту не было. Первые кусты — первый клещ. Побрызгались всей командой специально подготовленным спреем, без которого экспедиция бы закончилась так и не начавшись.

Мой изначальный план пройтись еще немного вдоль реки вверх, не увенчался успехом, так как все устали, темнело и надо было разбивать лагерь. Решили остаться на классических ночевках внизу в ельнике возле ручья.

3 Июня

Очень важный день.

Мы собрались, позавтракали, запаковали лагерь обратно по рюкзакам и потопали вверх по ущелью. Многочисленные туры, лес, каменистые русла ручьев, тропа то там, то тут. И так около двух километров. Начали искать переправу, а ее все нет и нет. Робин — водник и у него самый большой опыт таких переходов. Слушаемся его, идем выше искать менее бурные участки и тут эврика! Нашли! Туристы повалили сухое дерево и получился отличный мост. Перешли на противоположную восточную сторону. Ключевой участок миновали. Еще немного и сворачиваем в ущелье Науруксай. На слиянии рек, нашли свежий череп тэка с рогами! Хороший трофей, но, увы, тащить его с собой было нереально. Немного отдохнули.

Дальше нам предстоял затяжной подъем по ущелью вверх в сторону перевала Тэу Северный, 4010м. Вначале густой лес, где тропа то появлялась, то пропадала, периодически нахально виляя с одного берега речки на другой, потом древняя морена, сложенная из огромных валунов и выше уже снега.

Предательски испортилась погода, добавляя сложности и так непростому переходу. Мы то на лыжах и сплите еще куда ни шло, а вот Тима с Костей на снегоступах изрядно помучались. Их ботинки промокли, снега было много.

К вечеру удалось найти хорошее место под палатки прямо под перевалом Тэу на 3500м. Путь от начала ущелья Науруксай составил 4.5км, набор 1100м. Хотелось бы конечно залезть еще 500м на перевал, но этот план изначально был нереальный, тем более что снег раскис и усталость тоже давала о себе знать. В принципе, наш тайминг был хороший, немного распогодилось, был виден уже далекий от нас Талгарский перевал, были видны верха Чимбулака. Я наслаждался красотой этих мест, новые горы, ледники. Тут я был впервые за многие годы восхождений.

Сделали небольшую ревизию. Рюкзаки чуть-чуть полегчали за счет съеденных продуктов, а вот по газу начались непонятки. У Тимохи с Костей был «как бы» свой газ, который они расходовали на свое усмотрение, но Броди с Робином это не поняли и посчитали, что расход слишком большой. Может не хватить! Ребятам надо было подсушить ушатанную и промокшую обувь, ведь снегоступы плохо держали, проваливались. Ноги промокли и благо никто не заболел.

После долгих и напряженных дискуссий на тему газа, решили не доводить воду до кипения на западный манер, ведь мы то привыкли к чаю с конфетами, так и ходили годами, но в Америке видимо другая культура походов. Международные разногласия короче, но все удалось уладить. Мы наелись, напились и легли спать. Ночью был сильный ветер и вроде как гроза.

4 Июня

Утром бодрячком вылезли наши оставшиеся 500м, на перевал Тэу Северный, 4010м. Хорошо, что утром по холоду и по фирну. Я прошел большую часть на лыжах, на кантах и немного пролез в кошках. Перевал 1Б категории трудности. Видели следы барса, который тоже штурмовал гору в поисках сочных рогатых тэков. Мы, конечно же, не посягали на его дичь, и своей еды у нас было в достатке, но легкости и грации барса можно только позавидовать. Я первый вылез на перевал, и мне открылся невероятный массив Талгара, который был еще ближе, еще круче. Казалось, что его склоны просто неприступны и отобьют любое покушение на их девственность. Вторым вылез Костя, который вошел в раж и дал жару. Несмотря на все трудности этих и последующих дней, он даже ни разу не пожаловался ни на снег, ни на дождь, ни на тяжесть рюкзака, ни на клещей, ни на промокшую обувь. Был всегда на позитиве и бодрячком. Универсальный горный боец и крутой напарник!

Дальше первый спуск на лыжах и сноуборде с перевала Тэу, спуск на одноименный ледник.

Оказалось, что в 10 утра снег с восточной стороны, даже несмотря на высоту, сильно отпустило. Мы съехали по мокрому склону еще более-менее, а вот наши помощники просто встряли. Я немного стал переживать за их безопасность. Они проваливались по пояс и от них стали отрываться окатыши, которые потом превращались в большие комья. Робин тоже подал тревогу. Что делать!? Я кричал снизу, – «Держитесь ближе к жандармам, и дальше по ним!», но это не особо улучшило ситуацию. И тут меня осенило, что надо сделать снежный ком и спустив его, он собьет верхний мокрый слой. Так и сделали! Хорошее решение и ребята спустились уже безопасно.

По пологому леднику вниз никаких проблем не возникло, уж тем более на лыжах, а вот Костю с Тимой ждал переход в связке. Приходилось ждать до получаса, когда друзья преодолеют очередной участок. Я заверил команду, что трещин тут нет и переход дополнительных проблем не составит. Когда я тренировался у Дена Урубко, то нас всегда учили четко понимать проблему и, если она есть, решать ее, не приукрашивая, быть сильным и объективным. На западе видать немного другой подход.

К обеду съехали до конца ледника к ручьям. Тут я уже был, правда ночью, но остальная часть спуска была для меня знакома. Была тропа, туры. Робин с Броди ушли вниз, а я следил за друзьями, и когда нужно, ждал. Приятным бонусом оказались снежники и остатки лавины, по которым я съехал на лыжах дополнительные 200м.

Знакомые озерца и примулы, остатки какой-то хижины, внизу вдали поляна «Аннапурна», но нам было не туда.

Я сделал несколько фотографий задуманного мной спуска, и при приближении стала видна основная проблема будущей линии — малое количество снега и это в самую снежную весну. Я не стал лишний раз переживать, успокоил себя, что все будет ок.

Погода была замечательная и мы прошлись еще немного вниз вдоль огромных склонов горы Караульчитау в сторону нужного нам ущелья. На зеленых полянах возле ручьев и кустарника поставили лагерь. Высота 2900м. Посушили вещи. Воды было в достатке и расход газа стал не таким критичным. Прошел третий день похода – 7.6 км.

Наконец-то, ночью получилось сделать хорошие фотографии.

4 Июня

Полудневка и самый «лайтовый» день за все время экспедиции.

Подъем не представлял особых сложностей, и все что нам было нужно, так это залезть к началу ледника Южный Талгар на 3600м, откуда обычно ходят стенные маршруты на Южную и Центральную вершины Талгара.

Вначале вверх по сыпухам, а потом вдоль крутых разрушенных склонов и стен. Хотелось пройти этот участок как можно быстрее, ведь слева могли прилететь нехилые чемоданы, то и дело дающие о себе знать.

Разбили бивак. Много фотографировали. Собрались с силами и приготовили все снаряжение для завтрашнего подъема. А это и буры, и веревки, и кошки, и закладные элементы и даже титановые снежные колья. Полный боевой альпинистский комплект и даже больше – комплект фрирайдера.

Дал указание друзьям, что делать в случае если мы вдруг с Броди и Робином не вернемся. Ребятам пришлось бы разделиться и кому-то бежать искать лесника внизу в ущелье Средний Талгар. Связи у них не было, и на всю команду был только один трекер Броди, без возможности звонить, но с онлайн отслеживанием и опцией смс. Очень полезные опции. На нас лежала громадная ответственность, ведь в случае чего, шансов на спасение и оперативное оказание помощи практически не было, но в этом и была красота чистого спорта! Полная автономия, где все честно. Упал — значит умер. Трезвая оценка сил и четкие слаженные действия нам в помощь.

Продуктов и газа было еще на пару-тройку дней, и мы могли себе позволить немного вольностей прождать погоду в случае чего, но к счастью, ждать ни разу не понадобилось.

6 Июня

День штурма.

Отдохнули, но особо конечно не спали. Подъем в 1:30, как в старые добрые времена с Деном. На гору я лазил и по более сложному маршруту, так что тактика и рельеф мне были более чем понятны. А вот каким будет наш спуск? Успел сделать несколько фото ночного ледника. Вскипятили воду, проверили еще раз снаряжение, поели и понеслась!

Выход в 2:30. Длинный и нудный, немного разорванный трещинами ледник. Хотя на скинах шлось весьма неплохо. Ни облачка, ни ветра, мертвая, даже пугающая тишина. Нас ждал крутой кулуар, где я заныкал камус под камень и одел кошки. Классический подъем наверх, уклон под 40 градусов, а в верхах даже 45. Шлось очень даже легко, ведь фирн был что надо, но в темноте казалось, что подъем длится вечность. Мы молчали и медленно лезли наверх, набирая метр за метром. А что было говорить друг-другу? Все знали свои задачи и просто аккумулировали силы для финального рывка. О чем думали напарники в тот момент? Боялись ли? Сомневались? Могу сказать только за себя, что была цель и надо было ее решить. Вся жизнь, все события, прошедшие за эти годы так или иначе привели меня сюда и нельзя было ударить в грязь лицом.

Мы набрали 550м вверх и вылезли на гребень. Начался рассвет, вдали виднелись ночные огни пока еще спящей Алматы, розоватое зарево. Идти стало легче. Дальше крутой взлет во льду, где мы связались веревкой и пошли дальше в связке. Я лидировал. Выгребли на подушку, там огромные трещины, но снежные мосты держали нормально! Броди с Робином чуток напряглись, но я с невозмутимым хладнокровием прошел все сложности, и мы вышли на более пологий рельеф. Тут начинается выбор – направо маршрут Барановского, 4А на южную вершину, а слева центральная башня – наш объект. На нее есть маршрут слева по льду, скальный по центру, через перемычку справа и еще много вариантов первопроходов для свободного творчества.

Моя задумка и самый логичный вариант по центру перемычки был во льду, слева в обход башни все перегружено снегом, наверху лед и непонятно как там лезть дальше.

Мы посовещались и решили отработать что-то среднее правее центра по системе кулуаров и дальше по кромке. На вскидку 3Б/4А, но ближе все-таки к четверке. Появились первые сомнения, сможем ли?

Поменялись ролями с Робином, и он протропил к бергшрунду, где снега было немного больше. Потом Броди полез вверх по крутому склону 45-50 градусов, периодически вкручивая ледобуры. Лезли одновременно, слаженно. Никаких перил и жумаринга. Крутизна усиливалась, но были островки где можно было отдохнуть. Напарники с двумя ледорубами, а я изначально взял один родной Petzl и подстраховывался whippet-ом BD. Броди позже удивлялся, мол как у меня получилось пролезть такое с одним кайлом, но мне было всецело нормально. Местами приходилось класть закладки, но Броди лез мастерски и никаких вопросов со стороны Робина и меня не возникало.

С какой скоростью мы набирали вертикальные метры, с такой и стало накапливаться напряжение, которое к середине линии достигло краев терпения. Робину было сложно лезть в бордерских ботинках такой крутой лед, ведь было всего 5-10см снега, а под ним все жесткое — только и крути буры. Падать на таком было смертельно. Короче говоря, начались «тупняки», Робин устал и каждый ключевой участок мы теряли время. Постоянные вопросы «как дальше», «че дальше» и «как мы будем?»

«Нам не хватит расходников на дюльфер!» — сказал Броди.

«Но мы можем делать самовыкруты!» — парировал я.

«О нет, сумасшедшая русская техника!» — напарники сказали, как отрезали.

В любом случае, я знал, что это сработает, знаете и вы, читатели. На крайняк я бы показал, что там да как.

К счастью, день был идеальный, нам фартило. Со стороны Кордая с запада ничего не тянуло, ветра не было, было не очень жарко и не очень холодно. Лед, да, бесспорно, но когда этот маршрут вообще бывает в кондиции или это лучшее его состояние? Я то знал, что залезть реально, может спуск бы не получился, но это горы и не все было в нашей власти в этой реальности.

Тем временем напряжение в команде достигло пика. Я понимал, что сейчас все зависит от Броди, занявшего нейтральную позицию. Двоих переубедить я уже не смогу.

«Смотри, Робин, погода нам шепчет!» — поддержал я напарника.

«Бля, ты не знаешь ничего о погоде!» — выдал мне Робин.

Что я мог тут сделать? Это был бы позор, развернись мы там. Усталость, напряжение, возможно непонимание сказались именно в этот час, в этот момент.

Повезло то, что «крыша» была совсем близко и Броди убедил Робина продолжить. Я всецело понимал их переживания. Это Казахстан, ребятки, и случись что, никто не поможет. Это я был у себя дома, я знал эти горы и ходил их не раз и не два. Никакого зла я не держал, и честно, мне было совсем не до этого в этот и так непростой момент. Все же, мы все уладили и решили доработать линию. Я сказал, что за перегибом точно «крыша» и скоро мы будем стоять на вершине. Робин собрал силы в кулак, 100-150 оставшихся метров, еще одна финальная веревка микста средней сложности и мы вылезли! Напряжение как рукой сняло, победа воодушевила нас и придала еще дополнительных резервных сил.

Еще полчаса мы шли по вершинным полям, которые были все в застругах от гуляющих на такой высоте ветрах. Рельеф прямо как на пике Ленина. Вот он знакомый купол, и мы все вместе стояли на вершине Талгара Главного на высоте 4978м!

Был ровно полдень, и учитывая все трудности, на гору мы залезли достаточно быстро.

Фотографируем, обнимаемся. Был виден хребет Терскей Алатау, хребет Кунгей, горы Джунгарии. Позже на снимках я разглядел и Хан-Тенгри и даже пик Победы. Погода стояла просто аномально изумительная и получилось сделать отличные панорамы гор южнее пика Талгар. Я так хотел увидеть это все это великолепие, ведь прошлый раз, погода распорядилась совсем иначе. Был виден и город Алматы, где случайные прохожие бросившие взор на пик Талгар, даже и не подозревали какая драма разворачивается сейчас там вдали в этом ледяном царстве.

Мы были весьма довольны, но все равно держали себя в рамках, ведь самое основное было еще впереди, то, чего никто никогда не делал, и даже и не помышлял о таком.

Стартанули все вместе, вверху заструги, чего уж тут говорить, жестко, но длина склона позволила немного размяться и подготовиться к дальнейшим событиям. На одной веревке микста — дюльфер. А вот дальше стоял выбор ехать или нет. Броди стартанул первый как самый опытный райдер, переспросив у меня уверен ли я. Конечно! Слезь я лазаньем даже малую часть, то спуск не был бы чистым и я, следуя и повторяя движения напарника, погнал понемногу за ним. Четкие движения Броди и его филигранная техника вселяли в меня уверенность. Робин все же решил слезть в кошках еще метров 100, что может и к лучшему, ведь сноуборд на таком льду удержать было весьма непросто. Страха как такового не было, но было реально «стремно», ведь на таком уклоне и при таких снежных условиях я еще не спускался. Был конечно бодрый спуск с Комсомола, но тут было 5см снега на льду, в который ранее мы крутили ледобуры – совсем другие условия. Вот так участками, дожидаясь и наблюдая друг за другом, мы и спускались. Чистый steep skiing, тут и добавить нечего. Одна ошибка и ты труп. Лететь было ой да куда. Попадались отрезки вплоть до 55-60 градусов.

Даже и не знаю, как описать весь этот процесс, но скажу, что в такие моменты наиболее ярко ощущаешь саму жизнь, ее красоту и ценность. Это особые, ни с чем несравнимые чувства и эмоции. Я не просто спускался, а думал над каждым моментом, над каждым движением тела, владывал всего себя каждый поворот. Стопроцентная осознанность, которой просто нет, когда гоняешь на обычных трассах родного Акбулака, и даже во время зимнего бэккантри в малых горах, фрирайд ощущается совсем иначе.

«Это намного сложнее Гранд Тетона!» — констатировал факт Броди.

На одном участке было так узко, что повернуть было практически нереально, и приходилось зарубаться ледорубом спускаясь лесенкой. Благо таких отрезков было всего ничего, и мы благополучно попали в кулуар выше бергшрунда, протяженность которого и состояние снега вселили больше уверенности, и получилось ехать более связными поворотами. С каждым виражом вниз склон становился более фановым, и ноги приноровившись уже подстроились под рельеф.

Зону трещин мы преодолели без проблем, а дальше было «плечо». Такой крутой склон, похожий на центр горы Молодежной, крутизной 40-45 градусов. Первый прощупал его Броди. Я всегда говорил, что, когда лидируешь, спускаться тяжелее — не знаешь ведь, что ожидать. Вдруг выкатишь на наст, лед или пойдет лавина?  Психологически тяжелее.

Посмотрев на напарника, я все-таки проехал более агрессивно средними дугами!

— «You freerided that thing. Your turns were better than mine.» — похвалил меня Броди.

Робин тоже решил оторвался и дал жару. Несмотря на сложности подъема, сноубордист он был очень крутой и дал бы фору любому алматинскому райдеру.

Ниже был заход в знакомый кулуар, который уже не представлял особых сложностей после всего, что нам пришлось пережить, да и ночью он смотрелся куда круче. Снег отпустило и спуск был прям в удовольствие. Усталости не было даже после такого многочасового подъема.

К базе приехали где-то в обед и Костя с Тимохой поздравили нас от души.

«Спасибо, друзья!»

Мы сделали это, но еще надо же вернуться домой. Команды расслабиться разум телу еще не давал.

Мы поели, отдохнули немного, собрали лагерь, и уже с рюкзаками покатили вниз по леднику Южный Талгар. Общий путь с вершины 4км и 1800м вертикально перепада. Все как я и говорил — Туюк-су помноженное на три.

Уже внизу возле реки мы разбили бивак на классической поляне «Аннапурна». Чувствовалась насыщенность воздуха кислородом, были приятные запахи трав, слышалось пение горных птиц. Мы вернулись в зону жизни. Нахлынули воспоминания, как мы командой ЦСКА ставили тут лагерь, ходили сложные горы. Вспомнился вкус грибного супа, сваренного Сергеем и Элиной, запах костра, вспомнились сотни рассказов и общая дружеская атмосфера тех восхождений.

7 Июня

Путь домой.

Прошло пять дней и было еще пару запасных деньков в запасе, которые нам не понадобились. Мы выдвинулись вниз ночью и в сумерках миновали призрак альплагеря, не беспокоя ни лесников, ни их возможных злобных собак. Удобная тропа, натоптанная многими поколениями альпинистов, хорошо сохранилась, и мы бодро час за часом шли по лесу, сбрасывали высоту. Постепенно ущелье сужалось, прижимы становились все круче, мы шли по высохшему руслу реки, так как ниже альплагеря прежнюю, знакомую мне тропу, размыло селем, но и эта халява быстро закончилась. Начались реальные северные джунгли, и приходилось буквально продираться сквозь заросли малины, хвои, репейника, шиповника и крапивы. В глазах друзей читалось уныние и силы команды постепенно таяли от такой напряженной работы. Спрей работал, клещей не было, но от этого было не слаще. Да, идти вниз было легче чем вверх, но рюкзаки постоянно задевали какие-то ветки, плечи дергало, одежда и обувь порвалась до дыр.

9 часов от «Аннапурны» до слияния рек Средний и Правый Талгар из которых 6-7 часов мы буквально ползли сквозь все эти заросли. Мы прошли 10км и сбросили 1400м. Было 12:00 часов дня. Отдохнув в стиле горной сиесты в тени диких яблоневых деревьев и съев остатки снэков, мы пообщались и решили не разбивать бивак. Надо было напрячься и дойти до верхов города Талгара в этот же день. Таков был тактический план, придуманный мной ранее, ведь переход до Чимбулака обратно через Тэу и левый Талгар, оказался в таких реалиях невыполнимым.

Собственно, дальше мы прошли мимо домика лесника и немного по дороге вниз, пока Костя не заприметил тропу, уходящую вправо наверх на холмы, и офлайн-карты, загруженные в телефон, не врали. Мы по травянистым склонам и тропам выгребли наверх на гребень. Это были неизвестные многим Малые Горы Талгара. Кстати, подъем был очень живописный – ели, ручьи из которых удалось вдоволь напиться и умыться, на верху огромные поляны белых как простыня цветов.

Удалось связаться по телефону с Аней, которая помчалась на субарике забирать нас в Талгар, но найти склон где мы спустимся было еще той задачей.

Местность сильно напоминала наше популярное Кок-Жайляу, но в разы чище, более дикое, более живописное, и никаких тебе людей. Выйдя наверх мы набрали 400м, но нам еще предстояло сбросить оставшиеся финальные 700м до машины. Такие переходы были парням в новинку и чувствовалось, что все… — сил больше нет. На спуске приходилось проходить метров сто-триста и ждать, проходить и ждать. Конечно я тоже устал, но благодаря тренировкам, все-таки запас сил еще немного, но оставался. Мы всей командой взяли волю в кулак и через различные еловые, урюковые и березовые рощи по тропам и дорогам спустились к Аниной машине, которая ждала нас выше какой-то Талгарской фермы. Итого 17км за день и больше 14 часов перехода.

Аня с любовью купила нам напитков, различных фруктов и яств, и мы с жадностью принялись их поедать. Наконец-то экспедиция подошла к концу. Цели были достигнуты, и все были счастливы, что все закончилось благополучно без курьезов и травм. Гора забрала частичку нас, но отдала несомненно больше. Все-таки, горы любят отчаянных и рисковых. В один момент я случайно оглянулся на Тиму и увидел в его глазах тотальную пустоту. Поход видимо забрал все, но и опыта конечно дал тоже немало. Впрочем, мы все были уставшие, кто-то больше, а кто-то меньше, обгоревшие и ободранные как какие-то горные твари, спустившиеся непонятно откуда непонятно куда.

Уже ниже в городе Талгар, на заправке, нашему взору предстал величественный пик Талгар, сияющий багровыми красками в лучах заката. И вот тут я почувствовал облегчение. — «Да, все кончено, мы сделали это!»

П.С.

В итоге, по прошествии двух лет, я понимаю, что эта экспедиция и придуманный еще задолго до событий спуск, красивее и сложнее, даже чем пик Ленина, хотя это немного разные горы. Только многолетний опыт спортивных восхождений и фрирайда в наших и не только горах позволил организовать все четко, насколько это вообще возможно. Про еду и снаряжение смысла говорить нет, ведь гора только для опытных, а они уж знают, что да как применять и где. А по масштабности сделанной работы можно отметить, что райдерами с постсоветского пространства подобное не делалось с 2004 года, когда Дмитрий Шитов съехал по Аккемской стене с Белухи, 4509м, высшей точки Алтая. Но даже там обстоятельства были другие — много людей, падения, самозадержание на ледяном склоне. Просто констатация факта. За 2016 год в мире подобный проект, я думаю, был одним из самых лучших, был в топе! Жаль, что финансирование на фильм Броди увы не нашел. Тем, кто понимает, категория спуска – td+, 5.3, e4, VI и съехать что-то сложнее в наших горах уже вряд ли выйдет. Конечно у нас была доля везения и немного фарта, ведь линия скорее всего бывает в кондиции раз в 5 лет, а то и во все 10. Не подвела и погода.  Возможно, это один из немногих, если не первый подъем на пик Талгар в Июне при том что, самый сезон начинается в Августе до середины Сентября, когда погода в наших горах самая стабильная. Я естественно очень рад, что получилось провернуть такое спортивное мероприятие, в хорошем стиле, в своих домашних горах, красиво залезть и съехать первым в составе такой сильной команда с высшей точки Заилийского Алатау – пика Талгар, 4978м.

Отдельное спасибо всем тем, кто так или иначе был связан с нашими приключениями!

При поддержке Outdoor Center Almaty

Этот рассказ не является руководством к действию, и автор не несет ответственности за любые события, связанные с кем бы то ни было в Туюк-су и где-либо еще в горах.